Когда-то в одной деревне жил парень, звали его Бартек. Был он добрый, вежливый, неглупый, симпатичный, но чудовищно бестолковый. За что ни брался, ничто у него не ладилось, никакая наука в него не шла, в любой игре он всегда проигрывал - но всегда улыбался и не переставал надеяться на лучшее. И чувствовал себя не таким как все, а как бы заколдованным принцем, или замаскированным волшебником, или рыцарем в изгнании. Потому-то и считался он в деревне пустомелей, недотёпой или просто дурачком.

Дожил Бартек с таким понятиями аж до двадцати двух лет. Ровесники его уже все переженились и делом занялись, а Бартек всё гулял да бездельничал. Отец его помер давно, а мать на него никакого влияния не имела. Она совсем простая была, только и умела, что работать с утра до ночи да Божьей Матери на своего непутёвого сына жаловаться.

Однажды Бартек с гулянки раньше обычного вернулся и подслушал, о чём мамаша Божью Матерь просит. И стало ему стыдно - не за себя, за маму. Что за примитивная женщина! Не чудес для сына вымаливает, не славы, не богатства, а всего-то навсего хорошую работу да умную жену!

И ведь допросится: пройдёт ещё год-другой, и появятся у Бартека и работа, и жена, и детишки, и хозяйство… И будет он таким как все, и тогда уже не на что будет надеяться.

И стало Бартеку ясно, что никаких чудес он в деревне не дождётся.

Собрал он потихоньку свои вещички и на рассвете отчалил в большой город за лучшей долей. Не посмотрел, что апрель на дворе, не подумал, что до города сотня вёрст по грязи да бездорожью - просто взял и пошёл.

Только за околицу вышел - а там поперёк всей дороги преогромная лужа! Разлилась как море, а на другом берегу старушка топчется, маленькая такая, сухонькая, вся в чёрном, вроде как монашка. Высматривает, как бы лужу перейти, да всё никак ничего не высмотрит.

Разулся Бартек, штаны засучил и пошёл по дороге вброд. До старушки добрался и говорит: "Здравствуйте, бабушка! А не помочь ли вам переправиться?"

Она отвечает: "Помоги, внучек, век тебе буду благодарна".

Взял её Бартек на закорки и понёс, а по пути расспросить попытался, кто она да откуда. Да только старая неразговорчива оказалась, отвечала коротко и непонятно.

- Как зовут вас, бабушка?
- Меня не зовут, я сама прихожу
- А куда путь держите?
- К тебе домой.
- Так вы, наверно, нам родня?
- Никому я не родня, но всякого в свой черёд навещаю.

Озадачился Бартек и не заметил, как донёс старушку почти