У одного старичка было три сына. Двое слыли за умных малых и были уже женаты, третий, Лежебока, был глуп и холост.

Почувствовав приближение смерти, старик разделил все свои имения между двумя старшими сыновьями и, кроме того, всем трем дал по сто червонцев. Отец умер, сыновья его похоронили как следует и стали хозяйничать.

Вот один и говорит Лежебоке: — Слушай, брат, едем мы промышлять нашими деньгами и пускать их в оборот. Давай и твои. Мы привезем тебе красную шапку, красный кушак и красные сапожки, а ты оставайся дома и помогай нашим женам в хозяйстве.

Дурак обрадовался и отдал деньги. Ему давно хотелось иметь красную шапку, красный кушак и красные сапожки. Уехали старшие братья, а лентяй остался лежать на печи. Невестки посылают его туда и сюда, а он и с места не двигается. Был бы ему квас да лук, да лепешки, а об остальном ему и горюшка мало.

— Поди, Лежебока, принеси нам воды, — сказали ему однажды невестки.
На дворе была зима, мороз, и Лежебоке страсть не хотелось слезать с печи.
— Идите сами, я не пойду, — отозвался он.
— Ну иди, дурачина. Мы тебе припасем за то квасу, луку и лепешек, а не послушаешься, так не видать тебе ни красной шапки, ни красного пояса, ни красных сапог.

Услыхавши такую угрозу, Лежебока слез с печи, взял топор, ведра и пошел по воду.
Пришел он на реку, вырубил прорубь и зачерпнул воды. Поставив ведра на лед, он остановился и стал смотреть в воду, почесывая за ухом.

Вдруг в проруби показалась щука.

Дурак — цап ее багром и вытащил.
— Отпусти меня, — взмолилась щука. — А уж я тебе отслужу. Проси, чего хочешь.
— Хочу, чтобы все сталось, чего ни пожелаю.
— Только приговаривай:
"По щучьему велению,
По моему хотению —
Стань то-то и то-то".

И станет.
— Понимаю, — проговорил дурак. — Ну-ка:
По щучьему велению,
По моему хотению —
Явись квас, лук и лепешки.

Все тотчас же явилось. Дурак напился и наелся досыта.
— Теперь полно, — заявил он. — Я сыт. А всегда ли так будет?
— Всегда, — отвечала щука. Дурак пустил щуку в воду.
— А, ну-ка, — проговорил он. —
По-щучьему велению,
По моему хотению —
Идите-ка, ведра, домой.

Коромысла с ведрами сдвинулись и пошли потихоньку домой. А дурак за ними, пожевывая лепешки с луком и запивая квасом.

Когда ведра пришли домой, Лежебока влез на печь и едва успел заснуть, как невестки уже будят его:
— Вставай, Лежебока, наколи нам дров.
— А вы-то разве не можете наколоть?
— Это не женское