Был у одной жены муж пьяница. Пьёт ли вино или ракию, всегда осушит бокал или стакан до дна, а потом оближет усы, чтобы не пропала ни одна капля.

Жена старалась отучить мужа от этакой привычки, умоляла и заклинала его, говорила, что он позорит себя на людях и выдаёт, что он настоящий пьяница, что другие тоже пьют, но выпивают чарку степенно, не спеша, а не так жадно, как он.

Жил на свете один кузнец. У него было двое подмастерьев, парни крепкие. Когда они в кузнице ковали скобель из железа, то не только наковальня, но и земля тряслась, и кузница дрожала, как водяная мельница, когда мелют кукурузу.
Подмастерья спали на одной кровати, один с краю, другой у стены.

Прошло немного времени, и тот, что спал с краю, начал прихварывать, чахнуть и сохнуть. Был он прежде румяный и такой толстощёкий, что, кажется, если ударить по одной щеке, другая, того и гляди, лопнет, а тут отощал, словно его лихорадка извела.

Спрашивает товарищ:

Жил-был в давние времена один крестьянин. Водилось у него кое-какое добро, но больше всего на свете дорожил он любимой женой.

Встанут они, бывало, с зарей - и дружно за работу возьмутся. Трудились в поте лица и сводили кое-как концы с концами. Но недаром говорится, что горе да беда по людям ходят.

Не прошло и года после свадьбы, как потерял несчастный муж единственное свое сокровище: умерла его дорогая жена.

Жил-был на свете старый купец. Однажды говорит он жене:
- Состарились мы с тобою, матушка, долго не протянем, а мы ведь богаты, и добра у нас много. Разделим-ка его между нашими двумя дочерьми. Ведь всё равно наследство к ним перейдет, а мы по крайней мере доживем свой век без забот. Сегодня будем обедать и ужинать у одного зятя, завтра - у другого, так в мире и согласии доживем свой век. А умрем - не будет у детей причины ссориться да судиться. Что ты на это скажешь, мать?

Как-то раз парень, по имени Маркеля, попал к туркам в плен. Там он провел много лет.

А был он ловкий, на все руки мастер, весельчак и певец. Все его полюбили.
Полюбил его и турецкий визирь, задумал его потурчить и приблизить к себе.

Стал он его обхаживать, заманивать, врать и льстить, лишь бы парень принял турецкую веру.

Но Маркеля не поддавался, увертывался и, как угорь, выскальзывал из рук.

Время шло, а Маркеля все отказывался потурчиться и стать приближенным визиря. Тому это надоело, и он приказал мулле отвести Маркелю в мечеть и там силой его потурчить. А парню сказал: